Том I, страница 35:
| *a če/*a či, союз: болг. а че ‘после, и затем’ (Геров), словен. ače ‘ако’ (Plet. I, 1), чешск. ač ‘хотя’, также в сложении ačkoli, ačkoliv то же, словацк. диал. ači ‘или’ (Kálal 7), н.-луж. ac ‘ли; хотя; как’ (Muka Sł. I, 1—2), также в сложнее н.-луж. стар. aškoli (Якуб.) ‘хотя’ (Muka Sł. I, 5), ст.-польск. acz ‘если; хотя; потому что; что; ли’ (Sł. stpol. I, 16—18), польск. стар. acz ‘хоть; но; несмотря на то, что’ (Dorosz. I, 20), также в сложении польско. aczkolwiek ‘хотя, хоть’, др.-русск. аче ‘если, sī’, ‘хотя, etiamsī’ (Срезневский I, 33—34), русск.-церковносл. ɪаче ‘сколь, насколько’ (Златостр. XII в., Срезневский III, 1675), если последнее — не к *atje (см. ниже); русск. диал. (ряз.) ач ‘вот еще; как бы не так; еще что’ (Даль³ I, 80), укр. аче́й ‘авось’ (Укр.-рос. словн. I, 20). Реконструируемое слово обычно в форме праслав. *a če (авторы предпочитают писать *ače, хотя здесь целесообразно считаться с наличием словосочетания, а не слова) объясняется из сложения союза *a (см.) и древней энклитики местоименного происхождения *če (см.). См. Vondrák. Vgl. slav. Gramm. II, 491—492; Berneker I, 22; Brückner 2; Sławski I, 23; Machek 15; «Słownik prasłowiański, Zeszyt próbny» 2 («Прозрачное сложение a+če»); Sadnik-Aitzetmüller. Vgl. Wb. 1, 2. Иначе см. Г. А. Ильинский у Трубачева — ВЯ, 1957, № 6, 93. Прозрачность состава делала, видимо, излишней необходимость восстановления более древней истории. Тем не менее, слав. *a če имеет аналогии или соответствия в родственном материале других и.-е. языков. Ср. прежде всего лат. atque, adque ‘с другой стороны, более того, однако, как, и’ (подробности о лат. слове см. Ernout-Meillet³, I, 94—95). Сближение праслав. *a če и лат. atque/adque, представляющее собой одновременно тождество минимальных контекстов и включающее этимологическое тождество če=que, есть вместе с тем и этимология для праслав. *a (см.), которое логие отождествлять этимологически с лат. at ‘с другой стороны, а, но’. Ср. пример из Павла Феста, приводимый у Эрну и Мейе, где ярко видно функциональное тождество со слав. a, русск. а в оборотах один…, а другой…: Scipiō est bellātor, at Marcus Catō ōrātor. Сюда же лат. ad ‘при, у, к’, которое вместе с лат. at, а также, по-видимому, праслав. *a восходит к и.-е. *ad, предлогу и послелогу с присоединительным значением (см., с отличиями в трактовке, Pokorny I, 3). Обычно считается, что эта и.-е. форма неизвестна слав. языкам. Что касается количества и.-е. гласного, который был скорее всего кратким, то в славянском, вполне вероятно, имело место эмфатическое удлинение *ăd > *ā, оправданное в условиях фразы. Любопытно отметить, что сближение слав. *a и лат. at, et встречается в литературе (см. например Holub-Kopečný 59), но не привлекало достаточного внимания исследователей. Ср. еще др.-инд. áccha ‘к, при’ (<at ca). См. О. Н. Трубачев «Вопросы филологии. К 70-летию И. А. Василенко» (М., 1969) 334. |
.
Некоторую натянутость объединения и.-е. *at и *ad я оставлю в стороне. Любопытнее другое.
Я выделил красным цветом два бесспорных примера праслав. *ači, плюс, можно еще не очень уверенно добавить нижне-лужицкий и польский примеры (а может быть, и уверенно, так как все языки западнославянские). Это *ači, конечно же, к и.-е. *atkʷe восходить не может, но зато (см. значение выделенных примеров) легко объясняется из прислав. *a + *či, где последнее — старый инструменталь к *čь «что», в исторических славянских языках имеющий значение «ли», «или» (см. ЭССЯ, IV, стр. 109). В этом свете (а также в свете других сложения местоимений с *a) праслав. *ači выглядит как эквивалент *ali, оба которых являются усилениями при помощи вводного *a.
То есть, праслав. *ače и *ači нужно разделять, несмотря на то, что в исторических языка в элидированной форме ač могли совпасть оба праславянских слова.
